Сергей Чванкин: «Приемы черного пиара на мне не сработают»

Сергей Чванкин: «Приемы черного пиара на мне не сработают»

Журналистские расследования, митинги под стенами Высшей квалификационной комиссии судей и Офиса Президента, обвинения в коррупции и нападении на журналистов, требования не допустить продолжения судейской карьеры. Такое повышенное внимание со стороны столичных активистов и СМИ уже второй год приковано к председателю Киевского районного суда города Одессы Сергею Чванкину. Что об этом всем думает сам Сергей Чванкин, и обоснованны ли эти претензии — попробуем выяснить.

- Давайте начнем сначала. Как давно вы возглавляете Киевский районный суд города Одессы?

— Председателем Киевского районного суда города Одессы я стал в 2011 году, коллектив доверяет мне эту миссию, неоднократно переизбирая и поддерживая мою кандидатуру, в том числе и переизбирая меня в связи с неоднократными изменениями в законодательство.

- Ваш суд известен на всю страну: то вы электронный суд внедряете, то с иностранцами обмениваетесь опытом, то активисты предъявляют вам претензии. Хотелось бы понять, почему такое повышенное внимание именно к вашему суду?

— Да, Вы правы, наш суд все-таки отличается от других судов. За последние годы сделано немало: мы стали пилотным судом по внедрению электронного судопроизводства, на базе нашего суда прошли обучение более 500 судей и сотрудников аппаратов, мы успешно реализовали два проекта при поддержке Программы USAID "Новое правосудие", открыли при суде Общественный центр правосудия, провели встречи с множеством иностранных коллег и делегаций, активно внедряем медиацию и многое другое. Нам есть чем гордиться, ведь наш суд за 4 года посетили более 60 иностранных коллег, практически еженедельно приходят студенты-юристы, а также, совместно кафедрой гражданского процесса, мы реализовываем проект "Встретимся в суде" в рамках которого проводятся модельные судебные заседания. Мы неоднократно возглавляли рейтинги открытости среди всех судов Украины.

- Когда же, в таком случае, судьи Вашего суда дела рассматривают? Не влияет ли эта активная деятельность на ваши непосредственные обязанности? Ведь люди в суд идут не для того, чтобы поучаствовать в общественной деятельности.

— С уверенностью могу Вам заявить, что эта общественная деятельность не только не мешает нам осуществлять правосудие, но еще и очень помогает. У нас активный и прогрессивный коллектив, наши судьи всегда готовы учиться чему-то новому, поэтому мы никогда ничего не делаем в ущерб своим прямым обязанностям. Скажу о себе: активная общественная деятельность забирает и время, и силы, а иногда и здоровье, но я, в силу своего характера, не могу просто плыть по течению, не пытаясь внести какой-то свой вклад в развитие судебной системы и своего суда в частности.

- В последнее время "популярность" Вам делают не проекты и достижения, а негатив, который о Вас пишут. Поэтому перейду к главному. Как Вы относитесь к этому?

— Сказать, что я отношусь к этому равнодушно, было бы не правдой. Уже второй год активисты двух киевских организаций систематически распространяют обо мне недостоверную информацию. Они это называют "журналистские расследования", но всякое расследование означает поиск правды, а именно правды в их расследованиях и нет. Количество откровенной неправды, которую они тиражируют, причем такой, которую легко опровергнуть, наталкивает на мысль о желании просто очернить меня в глазах окружающих. Кроме того, проводят "митинги". Несколько таких мероприятий проводились под стенами Высшей квалифкомисии судей Украины.

- Почему именно под Высшей квалифкомиссией судей?

— Это связано с тем, что я прохожу квалификационное оценивание, и именно ВККУ проводит эту процедуру, от которой зависит дальнейшее продолжение судейской карьеры. Поэтому две общественные организации проводят там митинги с требованиями уволить меня. В комиссию передаются собранные на меня "досье", потом это освещается на информационных ресурсах этих организаций.

- Насколько нам известно, одна из претензий — сокрытие доходов и их несоответствие с внесенными в декларацию. Как Вы это прокомментируете?

— Национальное агентство по борьбе с коррупцией провело полную проверку деклараций, поданных с 2015 по 2017 год. Никаких признаков незаконного обогащения и несоответствия моих доходов задекларированным обнаружено не было. Эти проверки проводились, в частности, и по сообщениям вышеуказанных общественных организаций. Обращались они и в НАБУ, однако и там не нашли нарушений и признаков, которые бы указывали на мое незаконное обогащение.

- А что это за дом, о котором так часто упоминается?

— Это дом, который я указал в своей декларации. Он принадлежит родителям моей супруги, и мы в нем проживаем.

Факты, о которых неоднократно заявляли общественные активисты двух столичных организаций, не нашли своего подтверждения по результатам тщательной проверки доходов родителей жены правоохранительными органами.

- Проверяли ли деятельность Общественной организации "Ассоциация следственных судей Украины", которую Вы возглавляете?

— Конечно, ведь активисты столичных организаций обращались и по этому поводу. Даже в Посольство США писали, настаивая на том, что наша организация тратит деньги не по назначению. Никаких нарушений выявлено не было. На сегодняшний день при нашем суде при поддержке Программы USAID "Новое правосудие" открыт и успешно работает Общественный центр правосудия. Специалисты центра оказывают бесплатную первичную правовую помощь абсолютно всем желающим. Центр обслужил уже более 1500 одесситов и жителей области. К нам не поступало ни одной претензии от СМИ, общественников и граждан, нам благодарны множество одесситов, к проекту подключились ключевые госорганы, волонтеры и общественные организации. Деятельность Общественного центра правосудия широко освещается в СМИ, к проекту хотят присоединиться многие адвокаты и судьи в отставке, которые готовы бесплатно консультировать граждан наряду с экспертами центра в качестве волонтеров. Это масштабный социальный проект, который направлен на оказание качественной бесплатной правовой помощи. Однако, на это столичные общественники внимания не обращают, им этот позитив ни к чему.

- Также Вас обвиняли в нападении на журналистов "Стопкоррупции". Что это был за инцидент?

— ОО "Стопкоррупции" обвиняет меня не только в этом, если Вы откроете их сайт и введете фамилию "Чванкин", то увидите, что на этом ресурсе ко мне особое внимание: и видеосюжеты обо мне, и статьи, и даже карикатуры. Особенно активно публикации обо мне начинают выходить непосредственно перед очередным этапом прохождения квалификационного оценивания. Как только на сайте ВККС появляется информация, что меня вызывают на собеседование, тут же обо мне выходит очередной материал. Вот например, в начале октября ОО "Стопкоррупции" и "ОО "Всеукраинский народный Совет противодействия коррупции и общественной экспертизы власти" провели очередной митинг под ВККС и Офисом Президента. На этот раз их требованием было не допустить меня на должность председателя Одесского апелляционного суда. Собрали людей, нарисовали плакаты, один из участников акции нацепил на лицо мое фото и надел мантию, в общем — приложили усилия, чтобы в очередной раз облить меня грязью, но почему-то не удосужились разобраться в маленьком нюансе: нет такого конкурса на должность председателя Одесского апелляционного суда, такого конкурса вообще не существует. Председателя избирают из числа судей этого суда сами же судьи, а не назначают в Высшей квалификационной комиссии. А я, всего лишь, подал документы на конкурс на должность судьи в Одесский апелляционный суд. Хотя, наверняка они это прекрасно знают, однако это не так интересно, не тот эффект, я бы сказал.

А о факте с якобы нападением на журналистов я узнал из СМИ, и о том, что это нападение организовано мной, тоже. Ко мне по этому факту от правоохранителей никаких запросов не поступало. Я, конечно, возглавляю суд, но никак не могу отвечать за автомобили, припаркованные неподалеку от суда.

Удивляет тот факт, что претензии ко мне предъявляют только две общественные организации, которые находятся в Киеве, в то время как у одесских общественников ко мне претензий нет. Почему такой интерес именно ко мне, думаю, всем понятно. Также на некоторые мысли о заангажированности этих организаций меня наталкивает то, что по информации СМИ, общественная организация "Стоп коррупции", которая выпускает одноименный проект журналистских расследований, исключена из Глобальной сети журналистов-расследователей GIJN из-за непрофессионализма и конфликта интересов. Это первый случай в истории глобального объединения, которое охватывает 177 организаций в 75 странах мира. Решение об исключении "Стоп коррупции" подтверждено дважды.

- Почему же, по-вашему, такая информация распространяется именно в отношении Вас?

— С сентября 2018 года следственное управление ГУНП в Одесской области сменило юридический адрес. Теперь все ходатайства в рамках производств, которые расследуются СУ ГУНП Одесской области, поступают в Киевский районный суд города Одессы. Нагрузка на следственных судей нашего суда возросла ровно в 2 раза. Однако, судьи нашего суда успешно справляются, демонстрируя принципиальную позицию, объективность и законность вынесенных решений. Не всех, мягко говоря, такое положение дел устраивает.

— Вы думаете, что из-за этого Вы кому-то неугодны, а активисты — один из инструментов на Вас повлиять?

— Не только из-за этого. Я прекрасно понимаю, что некоторые очень болезненно воспринимают мою активность, а некоторых это даже раздражает. Гораздо лучше для некоторых, чтобы я спокойно работал и не выделялся из общей массы. Однако, я не такой человек. И понимаю, что во многом от этого страдаю не только я, под удар попадают и мои родные, о которых также упоминают в публикациях.

- Неоднократно писали, что Ваше назначение на должность судьи связано с тем, что Ваша супруга является родственницей Сергея Кивалова.

— Нет, не родственница, ни близкая, ни дальняя, ни свояченица и т. д. Такая откровенная ложь удивляет, родители жены даже не знакомы с Сергеем Васильевичем. Мое назначение судьей было осуществлено согласно действующему законодательству, я прошел все этапы и процедуры для назначения. И информация, которую недавно распространили в СМИ, что я не принимал присягу, является полным абсурдом. Моя супруга — профессор, доктор наук, преподаватель с безупречной репутацией, заслуженный юрист Украины, член Консультативных советов при Верховном Суде и Конституционном Суде Украины, заведующая кафедрой в НУ "Одесская юридическая академия". Она исключительный трудоголик и человек с высокой планкой требований к себе, поэтому любая тень о якобы протекционном характере ее карьеры — глубоко оскорбительна. Пора прекратить спекуляции на эту тему.

- Недавно Президент Владимир Зеленский провел для СМИ пресс-марафон. Корреспондент издания АСПИ сообщила главе государства, что Вы угрожали их изданию и тратите государственные деньги на борьбу с журналистами? Что это за история?

— Я приветствую такой формат общения с прессой, который избрал глава государства. Бесспорно — это очень смелый и креативный шаг: 14 часов подряд отвечать на вопросы журналистов — это очень сложно, мне очень импонируют такие вызовы, которые человек ставит перед собой.

А по поводу заявления корреспондента АСПИ, скажу следующее. Это издание также "специализируется" на публикации материалов обо мне. Естественно, с негативным посылом и содержанием, идентичные тем, что выходят и на сайте "Стопкор".

По поводу угрозы: после публикации ряда статей, информация в которых является недостоверной, я об этом официально заявил. В адрес издания была направлена претензия, в которой четко было обосновано, что информация является недостоверной, и мы просим ее опровергнуть и не распространять, а в случае невыполнения этой претензии, я воспользуюсь своим правом на обращение в суд. Что делает АСПИ? Все материалы обо мне удаляют с сайта. Но не надолго. За день до того, как меня вызвали на собеседование в ВККСУ, эти материалы чудным образом возобновлены на сайте. Конечно, это все нами зафиксировано. Скажу больше, я слов на ветер не бросаю, и действительно обратился в суд для защиты своей чести и достоинства, а также признания распространенной обо мне информации недостоверной. Почему это расценивается как борьба и угрозы журналистам, мне не понятно. За все время моего судейства от данного издание ко мне не поступало ни одного запроса, их журналисты ни разу не были у нас в суде, и тем более не общались со мной. Могу смело заявить, что я никогда не отказал ни одному изданию ни в комментарии, ни в интервью, кроме тех, которые носили откровенно заказной и провокационный характер. Наш суд уже многие годы демонстрирует открытость и полное взаимодействие со СМИ. Однако, этому изданию, по-видимому, моя позиция не интересна.Как и все другие истцы я заплатил судебные сборы. Иски уже поданы и я намерен отстаивать свою позицию в суде.

- То есть Вы журналистам не угрожаете и на них не нападаете? Как же Вы реагируете на все эти события и публикации?

— Я многим своим знакомым задаю вопрос: что бы вы делали, если такая информационная кампания велась бы против вас? Некоторые мне советуют не обращать внимания. К счастью, или к сожалению, к такому совету я прислушаться не могу.

Я ни с кем не борюсь, ни на кого не нападаю, не оправдываюсь и, тем более, не жалуюсь. Я Вам не открою секрет, если скажу, что я не единственный судья, в отношении которых такие "акции" проводятся. И не открою секрет, что зачастую они носят заказной и проплаченный характер. Однако, многие коллеги принимают решение не реагировать на подобное. Я же для себя избрал другой путь. Я уверен в своей правоте, и не могу позволить, чтобы уничтожали мою репутацию, дискредитировали меня в глазах общественности и коллег, задевали моих родных и близких. Сейчас в судах города Одессы, Киева и области на рассмотрении находятся 6 исков. Есть уже два решения судов в мою пользу, которыми распространяемая информация признана недостоверной и подлежит опровержению. Я подал три сообщения в Высший совет правосудия о фактах давления на меня, обратился к Президенту Украины, а также в правоохранительные органы. Мной поданы жалобы во все компетентные органы, которые призваны реагировать на нарушения журналистских стандартов и этики. Я использую, и буду использовать только законные методы для прекращения этого провокационного беспредела.

- То есть, Вы намерены судиться или есть еще какие-то пути?

— У меня одна цель — чтобы вышеуказанные организации опровергли все, что обо мне написали, и более того, я хочу, чтобы мне принесли извинения.

Я с детства привык бороться за справедливость, отстаивая свою позицию, и привык все в своей жизни доводить до логического конца. Поэтому, я уверен, что справедливость восторжествует. Прошло то время, когда судей незаслуженно обливают грязью все, кому не лень, прибегая в том числе, к услугам проплаченных активистов. Я никогда не прятался от журналистов и делать этого не собираюсь, однако, всему есть предел, и дальнейшее общение с вышеуказанными организациями будет проходить только в судебных процессах. Надеюсь, что это не будет в очередной раз трактоваться как угроза, ведь я, как и любой человек, имею право на защиту своих прав и интересов, а распространители этой информации получат уникальную возможность обосновать свою позицию в суде.

Возможно, мой пример вдохновит кого-то из коллег, которые тоже страдают от этих информационных атак, перейти к активным действиям.

Блиц-вопросы:

- Как Вы относитесь к пристальному вниманию общества к судам и судьям?

— Отлично, это дисциплинирует, если инструмент общественного контроля используется добросовестно.

- Почему у общества такое негативное отношения к судам?

— Проблемы внутренние — судебная система медленно обновляется, накопилась усталость от реформ, колоссальная нагрузка и моральное давление. Проблемы внешние — традиция государственных органов критиковать неудобные решения, не исполнять решения судов и списывать свои неудачи на суды, что в цивилизованном обществе недопустимо. Огромная проблема с качеством законодательства. Исполнение решений судов на очень низком уровне, должники всячески уклоняются от долга, а неисполнение решений судов делает бессмысленным существование судебной системы, зачем нужно решение суда, которое невозможно исполнить, стены оклеивать?

Коротко не получилось ответить, но это очень многогранный вопрос.

- А что сама судебная система может сделать, чтобы исправить ситуацию?

— Открытость, профессионализм, добросовестность — ключи от сердца потребителей наших услуг. Но нужно помнить, что в процессах участвует 2 стороны, а проигравшая часто винит суд, а не себя или своего представителя за некомпетентность или неправую позицию. Кроме того, мы не имеем права комментировать решения, а значит похожи на боксера, который стоит в углу и без перчаток, когда решение суда критикуется.

- Как Вы определяете для себя, что такое право?

— Это гарант цивилизованной свободы людей. Но, как говорят англичане: "твоя свобода заканчивается у носа твоего соседа" — нужно помнить об этом и уважать друг друга, даже, если Вы не разделяете его мнений и убеждений.

- Что Вас вдохновляет?

— Результат хорошо проделанной работы всегда порождает желание двигаться дальше.

Время с семьей, спорт, который позволяет не утрачивать физическую силу и, главное, интеллектуальную бодрость. Об этом сообщает business-gazeta.in.ua со ссылкой на СМИ.



Источник: “http://newsmir.info/1874555”

ТОП новости

Вход

Меню пользователя